— Точно так, ваше благородие. В задумчивость вошел. Ночь такая.
— Это правда! Чудная ночь.
— Ахтительная, ваше благородие. В Рассее таких нет.
— О чем же ты задумался, Ефремов?
— Так, обо всякой, значит, всячине, ваше благородие.
— Так, может, ты думал…
Мичман запнулся и неожиданно спросил:
— Ты любишь какую-нибудь женщину, Ефремов?
Сигнальщик на минуту опешил. Но вслед затем усмехнулся несколько самодовольной улыбкой и ответил:
— Без эстаго никак нельзя, ваше благородие. Какая баба подвернется, тую и любишь. Известно, матросское звание: на брасах не зевай!