— Может, и пойму… А ты расскажи.
— Я и сам знал тоже одну такую же занозистую бабенку! — начал было другой матросик, доселе не проронивший слова. — В горничных у нашего экипажного служила… Ну и заноза, я вам скажу, братцы!..
— Та-ку-ю!? — перебил Дымнов, взглядывая не без презрительного изумления на человека, имеющего дерзость сравнивать кого-нибудь с «форменной бабой». — Такую! Дурак ты, Антонов, дурак и есть!.. Такую!?.
— Да ты за что лаешься-то? — спросил поклонник занозистой горничной.
— А по той причине, что твоей этой самой занозе так же далеко до такой, как отсюда до берега! — ответил Дымнов и взмахнул рукой на океан, кативший свои большие волны, обозначавшиеся во мраке ночи седыми верхушками.
— Ты нешто ее знаешь?
— И знать не желаю.
— Так как же ты можешь об ей полагать?
— То-то могу.
— Это еще почему?