— Что, барин, никак скоро война? — обернулся извозчик, молодой краснощекий паренек.
— Верно, что скоро…
— Тоже брат в солдатах. Пожалуй, и самому придется! Ребята сказывали, что придется идти…
— Тянет, что ли? — полюбопытствовал Венецкий.
Извозчик полуобернулся, серьезно взглянул на офицера бойкими голубыми глазами и заметил:
— На войну-то?.. Нет, ваше благородие, в извозчиках лучше!
— Сюда, к серому дому… У второго подъезда. Стой! — крикнул Венецкий, как школьник соскакивая на ходу с дрожек и отдавая деньги.
Сердце его сильно стучало, когда он бегом поднимался по устланной коврами лестнице в третий этаж.
Вот и площадка. Вот и широкая медная блестящая дощечка, на которой славянскою вязью было выгравировано: «Арсений Петрович Чепелев».
Он перевел дух и несколько раз прочел знакомую фамилию, прежде чем придавить пуговку от звонка. Какая-то робость вдруг напала на Венецкого.