Ему вдруг сделалось досадно, что он так глупо ошибся, и обидно, что он был так нежен с женой.
«Она все еще любит! — И чувство оскорбленного самолюбия заговорило в нем. — Его — мальчишку!»
— А я думал, Елена, что у тебя просьба посерьезнее! — проговорил равнодушно Борский. — Об этом, мне кажется, нечего было и спрашивать… Ты свободна принимать своих знакомых.
— Я у отца его увижу…
— Тем лучше… Я не имею ничего против…
— Благодарю тебя! — горячо проговорила Елена.
Слова благодарности взбесили Борского.
«Она еще благодарит! — подумал он, бросая сердитый взгляд на жену. — Она думает, что это так и следует. Получила разрешение от мужа, и за это благодарность. Обо мне она и не подумала, обращаясь с такою просьбой!»
Борский сердился все более и более. Он никак не рассчитывал, чтоб эта «маленькая Елена» могла причинить ему, умному и знающему себе цену человеку, столько неприятностей и затруднений, а затруднений он именно и не любил. Женясь на ней, он вполне был уверен, что «блажь» пропадет скоро, что она полюбит Борского (его так много женщин любило) и будет в его руках послушной женой, смотрящей ему в глаза, и, таким образом, семейная жизнь устроится тихо, мирно, порядочно, без каких бы то ни было неприятностей, и вдруг вместо этого ему на первых же порах приходится выносить подобные сцены и видеть около себя женщину в положении какой-то жертвы…
— Ты знал раньше!.. — проронила она шепотом.