Сейчас лучше видно: синебирюзовая, едва колеблющаяся поверхность моря.
Ложимся на курс.
— Как шум? — громко спрашиваю Лебедева.
— С правого борта 45°,— отвечает он.
Поворачиваю перископ в указанном направлении и на оранжевой полоске начавшейся зари вижу едва приметную точку. «Кажется, действительно лодка», — думаю про себя, но вот досада, — как раз в этот момент перископную головку захлестывает волна.
Смычков ударил ладонями рук и выразительно потер себе колени.
— Та-ак, — широко улыбаясь, протянул он. — Щучку в сумочку.
— Следите за лодкой, — резко говорю я, повернувшись к нему. Его черные глаза горят веселым огоньком.
Смычков смотрит на контрольные приборы.
Наша лодка снова выправилась, и сейчас отчетливо виден знакомый по справочникам силуэт немецкой подводной лодки среднего тоннажа.