— Просьба? Опять?
— Да, просьба, — ответил он. — Годунов начинает соревнование. Установите в ватержакетном цехе усиленное наблюдение: точнейший учет шихты, хода печей, всех качественных показателей.
В конце вечерней смены Фомичев, как обещал, зашел к Годунову.
— Начинаем, Владимир Иванович, — сказал мастер. — Со своими людьми я уже говорил. После работы соберемся, обсудим письмо и подпишем. Ребята рады.
Да, на заводе наступало время перемен. Взбудоражил всех в ватержакетном цехе Годунов. На отражательной печи Фирсов повышает производительность сам, приучает к этому всех мастеров; улучшились у них дела в ночных сменах. Получил цех большие ковши, и это сильно облегчило труд рабочих. Подтягиваются и обогатители. Никогда еще столько не было работы в центральной лаборатории. «Просьбы, просьбы, как дождь», — вспомнил он шутливые слова Марины Николаевны. У них пришлось увеличить штат на шесть человек. Расход оправдывает себя. Ежедневно начальник технического отдела докладывает Фомичеву о ходе выполнения рационализаторских предложений. Этот порядок сразу помог быстрее вводить в жизнь все новое, что рождает пытливая мысль рабочих, мастеров, инженеров. В конце доклада начальник технического отдела сообщает о новых, только что поступивших предложениях. Они тут же устанавливают сроки их выполнения.
Фомичев проходил мимо конторки начальника ватержакетного цеха. Там горел свет, и он заглянул в окно. На столе лежал длинный кусок кумача. Художник обводил краской буквы. Фомичев прочел: «Последуем примеру смены отличного качества мастера Годунова!»
Да, наступало время больших перемен.
16
— Подумайте, Марина Николаевна, — сказал Данько. — Мы, конечно, не имеем права вас задерживать. И главный инженер, говорите вы, не возражает против вашего отъезда. Да и трудно возражать. Но заводу вы сейчас очень нужны. Вы это сами отлично знаете. Вы ведь сейчас весь завод держите под великолепным контролем. Все трудные годы войны вы пробыли с нами, вместе мы начали выполнять пятилетний план. У нас вы в партию вступили. Интересы завода стали интересами вашей жизни. Подумайте…
Марина Николаевна сидела в кресле, опустив голову. Завод она любит, работа в центральной лаборатории увлекает ее. Как хорошо, что после той глупой истории с ночной аварией она попала именно в центральную лабораторию! Самостоятельная большая работа!