В короткое время произошли и другие значительные перемены. В годы первой пятилетки начали строить сразу три больших завода. Появлялись новые высокие каменные дома. В строительных лесах стояли здания театра и шестиэтажной гостиницы. Город быстро разрастался, становилось многолюднее, шумнее.
Хотя и строились новые большие заводы, а слава старого, давшего жизнь этому месту, не умирала.
Как раз в тридцатые годы в жизни Семена Семеновича произошло заметное событие.
Однажды ночью раздался настойчивый и сильный стук в окно. Семен Семенович только что пришел с ночной смены и ужинал, а вся семья — жена, дочь и сын — сидела тут же. Семен Семенович, думая, что это за ним с завода, сам пошел открыть дверь. Стояла морозная ясная ночь. Вдали играли огни завода. Вспыхнуло розовое пламя: выпускали чугун.
У крыльца стоял посыльный телеграфа, топчась на месте и растирая рукавицей щеки.
— Вам телеграмма. Правительственная, — сказал он.
«Может, от сына что?» — с тревогой подумал мастер о старшем сыне Степане и позвал посыльного в дом.
Взяв телеграмму, он долго искал очки. Наконец они нашлись, Клемёнов расписался на квитанции, запер за посыльным дверь и только после этого, вернувшись в комнату, распечатал телеграмму.
То, что мастер прочел, — поразило его. Семен Семенович опустился на стул и, не веря прочитанному, протянул телеграмму дочери.
— Прочти вслух.