— А разве ты ничего не делаешь?
— Обучаю мальчиков и девочек музыке? Какая же от этого польза войне? Этим я и до войны занималась. Ведь война же идет! А что у меня изменилось? Работаю на своем месте, не голодаю, не холодаю. Да отец в сотни раз благороднее меня. Он же из сил выбивается, а работает, ни на что не жалуется. Вот рядом с нами живет приезжая женщина инженер-конструктор. Она пошла в столовую работать подавальщицей. Она и то больше пользы приносит, чем я — кормит рабочих. Ведь не легко ей, инженеру, работать подавальщицей. Зато другая женщина, физически более сильная, пошла работать на завод.
— Какая глупость, — досадливо произнес, поморщившись, Степан. — Эта твоя инженер-конструктор пошла в столовую не из высоких побуждений, а из-за мелкого и корыстного расчета. Уверен, что столовой заведует какой-нибудь ее близкий знакомый. Там, наверное, воровство идет отчаянное… — Он брезгливо пожал плечами. — Я у себя тоже нашел в столовой таких идеалистов. Думал отдать под суд, а потом послал в цехи работать. Она конструктор? Вот я и заставлю ее на заводе работать. Завтра же это сделаю.
— А меня ты где заставил бы работать?
— Тебя я вернул бы к мальчикам и девочкам, — шутливо сказал он. — Да заставил бы почаще концерты устраивать для матерей. Пусть видят, как их дети учатся.
— Не шути, Степан. Для меня это очень и очень серьезно.
— А я не шучу. Володьку я понимаю, а тебя, извини, нет. Ты любишь музыку? Веришь, что война закончится нашей победой? А коли так, мы все обязаны думать о послевоенной нормальной жизни. В ней нужны будут нормально образованные дети. Так вот для этого и работай. А есть и более близкие цели. Все матери твоих учеников работают на заводах по десять-двенадцать часов без выходных дней. Дети остаются одни, присмотра за ними почти никакого нет. Отвлеки их от улицы, займи. Может быть, среди них есть и одаренные ребятишки. Помоги им узнать себя. По-моему, воспитание — одно из благородных занятий. Ну, а уж коли у тебя остается много свободного времени и мучаешься ты всякими пустяками, — пойди в госпиталь. Там нуждаются в сиделках. Но я думаю, — он помолчал, что-то соображая, — будет лучше, если ты просто увеличишь часы занятий с ребятами. Займись школьниками моего завода. Организуй в нашем поселке музыкальную школу. Беспризорны ребятишки сейчас, сколько неприятностей матерям доставляют. Тебе многие благодарны будут, всю жизнь тебя будут помнить. Вот тебе и дело.
— Спасибо тебе, Степан, — повторила Зина слова брата.
Он засмеялся.
— Опять спасибо… Милые вы мои чудаки… Организуешь школу?