— Но как?
— Господа, теперь не могут нам указывать, — говорит Мароусек. — Отмерим, сколько у нас отобрано, возьмем эти участки и будем пользоваться ими сами.
— А если они добровольно не уступят?
— Труднее всего будет с этим чертовым сапожником Штепанеком. Он теперь натравливает на нас всех: бедняков, безземельных, батраков, рабочих. Он рад у нас все забрать и раздать людям. Эти дураки ему верят и готовы пойти на нас хоть с мотыгами.
— Нечего пугаться! И у нас тоже есть вилы, да и пики найдутся!
— Пики! Вилы! Где ваша голова? — сердито спрашивает старый Вондрачек, сморщенный, как прошлогоднее сушеное яблоко, и желтый, как поздняя слива. Он перебрасывает трубку из левого угла рта в правый и, положив ногу на ногу, предлагает:
— Не отдадут добром, подадим на них жалобу начальству.
— Ну да, — возражают другие, — заплатить адвокату, а потом еще проиграть тяжбу, как проиграл ты, когда судился с Янком Якубом о дороге.
Любитель судебных дел защищается и долго распространяется о законах. Ему не дают договорить.
— Только без долгих проволочек! Ждать нечего, нужно скорее отобрать землю и разделить между собой.