Как известно, во главе Русского музыкального общества находилась его «высокая покровительница» великая княгиня Елена Павловна — великодержавная «особа», по выражению П. И. Чайковского, под давлением которой М. А. Балакирев был удален от руководства оркестром.
Приводимые ниже письма, которыми обменялись тогда М. А. Балакирев и П. И. Чайковский, в известной мере раскрывают ситуацию, сложившуюся б то время вокруг М. А. Балакирева.
Чайковский 3 мая 1869 года, накануне появления в печати своей статьи, отправил Балакиреву письмо, в котором писал: «Известие о том, что с Вами сделали, возмутило меня и [Н. Г.] Рубинштейна до последней степени; я даже решился печатно высказаться об этом необыкновенно подлом поступке, и прошу Вас непременно прочесть в завтрашнем номере „Современной летописи“ мою статейку довольно ругательного свойства. Меня особенно радует то, что эта особа [вел. кн. Елена Павловна] приезжает в Москву в день выхода газеты с моей статейкой… Юргенсон поручает мне справиться у Вас, когда будет готов „Садко“. Кланяйтесь, пожалуйста, крепко его автору и остальным членам Вашего якобинского кружка».
8 мая Балакирев ответил Чайковскому: «Статейку Вашу в „Современной летописи“ я прочел еще прежде Вашего письма, вся компания наша (как Вы называете, „Якобинский клуб“) шлет Вам большое спасибо… Теперь хлопотать о моем возвращении в Русское музыкальное общество уж поздно. Дело зашло слишком далеко, и удержите Рубинштейна, чтобы он по этому делу воздержался от всяких препирательств с высокой покровительницей или, лучше сказать, управительницей. Иначе он легко может повредить себе, а себя он обязан беречь ради дела… Что же касается до русских сочинений, то не унывайте. Если пожелаете что-нибудь, чтобы было исполнено Ваше, то присылайте мне. У меня, кроме концертов Бесплатной школы, еще будут концерты Славянского комитета, и я всегда найду возможность исполнять русские произведения, хоть, например, в своем концерте».
А. Н. Дмитриев