Благодаря помощи моряков с «Бельведера» и спортсменов с «Белого Медведя» я мог бы, пожалуй, не тратить драгоценного времени на посещение мыса Коллинсон (тем более, что конец зимы был уже близок) и сразу же отправиться в путешествие через морские льды. Но меня удерживали два обстоятельства: во-первых, для этого путешествия нам требовались ружья, патроны, легкие палатки, научные приборы, фотокамеры и другое снаряжение, которого не было на наших складах и нельзя было достать на китобойных судах. Во-вторых, после путешествия через льды мне необходимо было на следующее лето содействие трех судов, на которое я не мог бы рассчитывать, если бы ушел с побережья, пока открыто оспаривался мой авторитет как начальника экспедиции.
Прибыв на мыс Коллинсон, я собрал всех людей и в их присутствии спросил д-ра Андерсона, признает ли он меня начальником экспедиции и намерен ли мне подчиняться. Андерсон ответил, что мое положение аналогично положению некоторых английских королей: им подчинялись, пока они вели себя достойным образом и заслуживали доверия; но если они оказывались безумцами или преступниками, их свергали, а иногда и казнили. Хотя он и не собирается меня казнить, однако мой пресловутый план «ледового путешествия» доказывает, что я или не совсем нормален, или собираюсь лишь побродить по льдам на безопасном расстоянии от берега, с тем, чтобы вернуться, ссылаясь на непреодолимые трудности, и составить себе рекламу этой «геройской» попыткой. В подобной комедии, которая отвлечет силы и средства экспедиции от выполнения серьезных научных задач никто из присутствующих не желает участвовать.
Я спросил, намерен ли Андерсон силой задержать снаряжение, необходимое для «ледового путешествия» мне и моим спутникам. Андерсон возразил, что спутников у меня не будет, так как со мной никто не пойдет.
Тогда я произвел своего рода перекличку, поочередно спрашивая каждого отдельного человека, будет ли он подчиняться моим приказаниям и пойдет ли со мной через льды, если это потребуется. Опрос я начал с капитана Бернарда, так как был в нем уверен. Его быстрый утвердительный ответ, очевидно, произвел сильное впечатление на присутствующих, которые ожидали, что все единогласно поддержат Андерсона. Бернард не только отозвался с энтузиазмом о моем проекте, но и сообщил собранию, что Чарльз Томсен и механик Кроуфорд добровольно вызвались идти со мной. Это заявление пробило брешь в рядах «оппозиции», и к нам тут же примкнули Уилкинс, Нэменс и Иогансен.
После двухчасовой дискуссии, наконец, состоялось соглашение, и Андерсон и его сторонники обещали не противодействовать моему проекту.
На следующее утро все усердно взялись за швейные, плотничьи и упаковочные работы согласно моим инструкциям. К сожалению, это надо было сделать на месяц раньше, как только инструкции были получены. Теперь приходилось очень спешить, что всегда вредит качеству работы.
ГЛАВА XI. РИСКНЕМ ЛИ МЫ ИДТИ НА СЕВЕР
Итак, угрожающий мятеж удалось предотвратить, и можно было наверстать все упущенное, за исключением месяца драгоценного времени. Теперь предстояло решить, кто пойдет со мной. Из числа добровольцев, фигурировавших на вчерашнем собрании, некоторые не обладали достаточной физической силой и выносливостью для такого длительного и трудного путешествия, а другие были необходимы для обслуживания судов или для научных работ на берегу.
Пригодными для нашего путешествия я считал таких людей, которые верили бы в осуществимость нашей попытки. В этом отношении для меня было большой потерей то обстоятельство, что вместе с «Карлуком» я лишился нескольких отважных товарищей, готовых на любую борьбу, пока есть хоть малейший шанс на победу.
Прежде чем выбрать спутников, я решил провести некоторую пропаганду, чтобы заинтересовать экипаж «Аляски» и «Мэри Сакс» той географической задачей, которую нам предстояло решить.