— Мне надо сказать вам два слова.
— Ваше сиятельство, вы можете свободно говорить при хозяйке; она, право, славная женщина, — заметил с нежным видом Лодовико.
— Ну, хорошо. Друзья мои, — начал Фабрицио без малейшего колебания. — Я попал в беду, и мне нужна ваша помощь. Мое дело совсем не политическое, я просто-напросто убил человека, который пытался застрелить меня за то, что я разговаривал с его любовницей.
— Ах, бедненький! — воскликнула хозяйка.
— Ваше сиятельство, положитесь на меня! — воскликнул кучер, и глаза его загорелись пылкой преданностью. — Куда же вы решили бежать, ваше сиятельство?
— В Феррару. Паспорт у меня есть, но я не хотел бы вступать в разговоры с жандармами; может быть, им все уже известно.
— Когда вы ухлопали того человека?
— Нынче утром, в шесть часов.
— Не запачкано ли у вас платье кровью, ваше сиятельство? — спросила хозяйка.
— Я сразу подумал об этом, — заметил бывший кучер. — Да и сукно-то на вас уж очень тонкое, такую одежду не часто встретишь в наших деревнях, — она вызовет любопытство. Я схожу к еврею, куплю для вас платье. Вы, ваше сиятельство, почти одного роста со мною, только потоньше будете.