Весь этот достаток и помпа были созданы теми бесчисленными миллионами, которыми сорил Потемкин для самовозвеличений в глазах потомков. Гельбиг говорит, что самые осторожные люди оценивали убытки, причиненные Потемкиным России, в 150 миллионов рублей, но если сосчитать и те расходы, во что обходилось содержание потемкинского двора, то сумма эта окажется слишком ничтожной. Его личное состояние равнялось 90 миллионам рублей!
Конец Потемкина вполне гармонировал со всей его жизнью. Он умер в походе, от последствий чрезмерных половых излишеств, на руках своих бесчисленных содержанок, коих целый гарем он постоянно возил при своей главной квартире.
Погребение этого низкопробного честолюбца состоялось в основанном им городе Херсоне и сопровождалось необыкновенными торжествами.
Когда же Павел I вступил на престол, он вспомнил о Потемкине, постоянно третировавшем его en canail, и желая теперь отомстить ему, велел вырыть бренные останки Потемкина и бросить их в канаву за крепостным валом, где собаки и волки растаскали их по степи.
Завадовский
Этот удивительный по свой судьбе сын малороссийского попа искал свою карьеру в Петербурге, в качестве лакея, в одном иностранном графском доме и, благодаря своей атлетической фигуре, дошел, служа родине, до высшего государственного поста и столкнул гордого и ловкого Потемкина с любовного ложа в петербургском дворце.
В качестве императорского сутенера он находился до 1777 года и, вероятно, удержался бы и долее, если бы не имел глупости пуститься в политические интриги против значительно более умного и хитрого Потемкина, который и выбросил его из будуара Екатерины.
Однако, он лишился лишь роли первого любовника, государственное же его положение при этой пертурбации нисколько не пошатнулось, и он по прежнему оставался при дворе далеко за смерть Екатерины и имел значительное влияние на общий ход государственной машины.
Завадовский был возведен в графское достоинство, произведен в тайные советники, сенаторы и, наконец, получил давно им желанное место директора государственного банка. Его добыча простиралась до 10 000 крепостных душ и нескольких сот тысяч рублей дохода.
При отставке от сутенерского поста он получил от Екатерины, как и все его предшественники, великолепный серебряный сервиз стоимостью в 50 000 рублей, но Завадовскому сервиз этот показался недостаточно ценным, и он отказался принять его. Екатерина поняла, что тут служило причиной и подарила ему сервиз в 80 000 рублей.