Андрей обрадовался перемене разговора и подошел к окну.
- Да, очень красиво! - произнес он, всматриваясь в пейзаж с напряженным вниманием ученика, старающегося запомнить очертания карты, по которой его будут экзаменовать.
Вид из окна был прекрасен: на голубом своде неба еле виднелись бледные очертания неполного месяца, как бы нарисованного едва заметной акварелью; белые домики, залитые красным отблеском, выступали на зеленом фоне рощи; заходившее солнце золотило края перистых облаков, сгущаясь в ярко-багровый цвет на линии горизонта.
Но воспринимательные способности Андрея притупились, и он обернулся к сидевшим за чайным столом.
Таня уронила венок из васильков, и Жорж поднял его, упрашивая ее опять надеть его на голову, потому что он ей очень к лицу. Девушка засмеялась и покраснела, но исполнила его желание, и Андрей почувствовал сильную досаду на обоих за такое ребячество.
- Послушайте, Андрей, - прервала Лена его унылое раздумье, - у меня к вам просьба.
Она указала ему на стул и самым деловым тоном попросила его сесть.
- Можете ли вы, - продолжала она, - уделить мне один или два вечера в неделю?
- Для чего? - встрепенулся Андрей.
- Для пропаганды в кружках молодежи. Вы будете нам очень полезны.