Андрей вошел в комнату, поразившую даже его привычный глаз нигилиста своею бедностью. За всю мебель, если бы ее продать, едва можно было выручить несколько рублей.
Комната была разделена на две половины ситцевой занавеской. Передняя часть, в которой очутился Андрей, служила гостиной, а за занавеской помещалась спальня.
- Что вам угодно? - повторила девушка тем же холодным тоном.
- Мне нужно видеть госпожу Дудорову, - сухо ответил Андрей.
- Меня или Машу? - спросила девушка.
- А, значит, вы Катерина Дудорова? - сказал Андрей. - Я имею письмо к вам обеим от Лены Зубовой. Моя фамилия Кожухов.
Болезненное лицо девушки просияло.
- Как я рада! - воскликнула она. - Садитесь. Я сейчас позову сестру.
Она торопливо вышла, и Андрей сел у непокрытого стола из простого дерева. Связки рукописей различных форматов и почерков были разбросаны по столу. В одном конце сложены были переписанные начисто листы.
Андрей знал от Лены, которой сестры Дудоровы приходились дальними родственницами, что им досталось от отца маленькое наследство. Но они отдали все до последней копейки на общее дело. Теперь они, очевидно, зарабатывали себе хлеб перепиской и другого рода работой. На одном из стульев Андрей заметил богатое вышиванье - вещь, слишком роскошную и слишком бесполезную для личного употребления в этом более чем скромном жилище.