Она повернула к нему голову и, пожав плечами, проговорила:
– Тебе лучше знать, что он не задаром приходил. Небось не споешь, как он спел, хоть лопни.
Она попала не в бровь, а в глаз. На лице Панаса появилось такое выражение досады, что Галя рассмеялась.
– Что, не любишь? – сказала она.
– Нет, ты не отшучивайся! – воскликнул Панас. – Ведь я знаю, что ты за ним побежала.
– Может, и за ним, а может, у колодца свежую воду пила. Тебе что?
Она бросила на Панаса задорный взгляд, от которого у того дух захватило.
За ним бегали все деревенские девки. Одна Галя смеялась над ним и дразнила. Этим-то она его и заполонила.
– Ну, так пускай будет, что воду пила, – сказал он. И, помолчав минуту, прибавил другим тоном, продолжая, очевидно, прерванный разговор, – а как же, моя кралечка, насчет сватов велишь? Посылать?
Голос у него был слащавый, приторный, совершенно не гармонировавший с его высокой мускулистой фигурой и жестким выражением лица.