Наступает молчание.
Чтобы прервать это тягостное молчание, Анри говорит:
— Ну, нам пора домой. Еще нужно приготовить рождественский ужин.
Дети не хотят расставаться с игрушками. Полетта и Анри снова чувствуют себя неловко.
— Верни Пьеру! — говорит Полетта и пробует отнять у дочки деревянного матросика.
— Не надо, я ей дарю! — говорит Пьер.
Правда, в его голосе не чувствуется особенной настойчивости, но все же он говорит и мальчугану, показывая на лодочку:
— И тебе тоже дарю.
— Что ты! Зачем? — покраснев, восклицает Полетта.
— Нет, нет, правильно, — прерывает ее Иветта. — Кстати, Пьеро играл в них, когда был еще маленьким, правда, Пьеро? А теперь он у нас взрослый. Теперь у него другие игрушки, которые больше подходят мужчине.