По лицам гостей видно было, что они почувствовали себя здесь лишними, и Бувар решил идти напролом:
— Ничего не понимаю. Почему тебе не рассказать, что они едят коврижку и пьют вино, купленные на деньги товарищей с Ситроэна? Ты что же, стыдишься этого? Если стыдишься, так нечего было брать деньги, которые тебе прислали. — И он встал, сердито фыркнув. — Это не грязные деньги!
Мишелю хотелось сквозь землю провалиться. Он украдкой взглянул на Алину и увидел, что и она удивленно смотрит на него.
— Жером! — взмолился он. — Вы же знаете… Я совсем не так думаю.
— Так в чем же дело? — сухо спросил Жером. — Ничего не понимаю во всей этой истории.
Вдруг Тэо вскочил со стула.
— Я все понял! — заявил он.
«Хоть бы он-то не обиделся», — подумал Мишель.
Видимо, нет. Скорее наоборот. Тэо с трудом проглотил слюну и, размахнувшись, сильнее, чем собирался, хлопнул Мишеля по спине.
— Ах ты, дурень! — сказал он, чтобы скрыть свое волнение. — Ты разве не понял? Мы с Фернаном тебя разыгрывали!