Робер уже готов задержать тех, кто лезет по лестнице, ему даже хочется крикнуть толпе: ребята, победа!..
— Ты сбрендил, — тихо останавливает его Макс. — Пусть лезут…
— Короче говоря, — заявляет Анри, — мы немедленно уйдем, как только вы удовлетворите наши требования.
Достаточно посмотреть на префекта, чтобы понять: он готов на любые уступки, лишь бы предотвратить катастрофу.
Но в этот момент с той стороны площади, куда выходит одна из улиц, доносятся какие-то непонятные крики. Все, включая и тех, кто на лестнице, смотрят в том направлении. Прибыли охранники. Взрывается несколько бомб.
Префект и Шолле, естественно, сразу принимают независимый вид. Жандармы тоже держат себя более развязно. Офицер, подмигнув, приглашает их незаметно подойти поближе к нему…
Но Анри, Робер, Жорж и Макс оценили положение: охранников немного, всего один грузовик. Даже вместе с первой партией, которая продолжает, как собака, кусать демонстрантов за пятки, они не способны ничего изменить. Сейчас атака охранников будет отбита, они ринутся снова, и их снова отбросят, вот и все… Конечно, можно было и без них обойтись, но если этим все ограничится и не прибудет новое подкрепление, трагедии нет.
Ничего в общем не изменилось, и это настолько ясно, что и префект и Шолле это тоже понимают. Вот почему префект садится за стол и берет перо. Ему пришло в голову, что для него лично самое легкое отозвать охранников от биржи труда. В этом есть даже свои преимущества: демонстранты радостно вернутся на площадь. Таким образом они окажутся одураченными, да еще как! А освободившиеся охранники смогут прийти сюда.
— Ладно! По рукам! — говорит префект, обращаясь к Анри. — Мы вам возвращаем вашу биржу. Но вы некрасиво поступили со мной, — журит он его со снисходительной улыбкой. — Зачем же принимать такие крутые меры?!
— Не посылайте никакой бумажки, а звоните, — приказывает Анри. — Так будет вернее. Номер — двести шесть. Да вы и сами знаете не хуже меня.