— Идите сюда! Да иди же, я тебе говорю! Чего вы дрейфите?
Наконец все остальные рабочие переходят к демонстрантам.
— Чего вы боитесь? — увещевают их товарищи. — Разве вы не забастовали вместе со всеми?
— Как забастовали? — удивляются демонстранты.
— Они хотели обвинить нас в диверсии, — торопится рассказать Пьер. — Придумали такое!.. В одном из трюмов нашли, видите ли какие-то таблетки. Подождите, одну я захватил с собой…
Пьер вынимает свой носовой платок, развертывает его и показывает самую обыкновенную, бесцветную таблетку. Затем он тут же заворачивает ее в платок и прячет в карман.
— Они заявили, что это зажигательные пластинки. Представляешь себе, как мы были ошарашены! И так уж душу воротит от работы на их поганом пароходе, так они еще решили на нас наклепать! Ну, трое из нас начали агитировать остальных: это провокация, ребята, нельзя молчать! Все подняли бузу. Тогда они прислали охранников. Выстроили нас в трюме вдоль стенки, руки за спину. Хотели устроить обыск… Минуты через две — полная перемена. Все это чепуха! — заявляют они нам. Произошла ошибка. С прошлого рейса остались таблетки сухого спирта. Оказывается, они даже не подумали убрать на пароходе, осмотреть его, перед тем как отправлять.
— А ты-то чего пошел работать? — кричит Пьеру один из демонстрантов и злобно смотрит на него.
Пьер в ответ было замахнулся, но сдержался и спокойно ответил:
— Не знаешь, так и молчи. Ты бы лучше…