Как удачно, что вся эта толпа стоит вдоль тротуара. Лучшего нарочно не придумаешь! Конечно, при желании, охранники могли бы оттеснить и рассеять толпу еще до прихода демонстрантов, но они этого не сделали, и теперь у них почти нет возможности атаковать колонну в лоб, помешать ее продвижению.
Демонстрация дошла до ворот и остановилась. Охранники продолжают бездействовать. Правда, основная группа, преграждающая вход, готовится к обороне, но в наступление не переходит. Их поведение сбивает демонстрантов с толку.
Надо признать, мы частенько допускаем крупную ошибку: тактика вырабатывается в зависимости от поведения противника, а не своего собственного. Вот и сегодня так произошло: демонстрация оказалась на круглой площади, к которой с двух сторон подходят улички, а на них, как еще раньше было известно, стоят грузовики с охранниками; теперь моторы уже заведены. Типичная мышеловка, из которой может быть только один выход: отступить назад… как, впрочем, из всех мышеловок.
ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ
Поль был с ними
Немедленно образовался боевой штаб: Анри, Робер, Макс, Франкер и Клебер, который только что примчался весь в мыле. Ему пришлось сделать большой круг, чтобы присоединиться к демонстрации с другого конца, так как он не хотел под самым носом у полицейских идти по бульвару Себастьен-Морнэ. Добежав до колонны, он стал пробиваться через нее вперед, обгоняя человека за человеком… «Разрешите, товарищи…» Что это с ним? Может, нам зашли в спину, раз он удирает, удивлялись вокруг… В штаб вошли, конечно, и Рубо, и Брасар, и какие-то незнакомые металлисты, и еще много народу — все стоящие вокруг, так как штаб создавался тут же на месте, среди демонстрантов.
Анри озабочен. И недоволен. Чем — он еще сам хорошенько не понимает.
— Конечно, о том, чтобы пробиться в порт, не может быть и речи, — заявляет Рубо.
— Да, нечего и думать!
А жалко! Демонстрация бурлит вовсю, возгласы, пение. «Марсельезу» подхватывают все, ее поют под самым носом у охранников, поют не только демонстранты, но и вся толпа.