Когда он кончил, Мэтчем поднялся и так же, как Дик, прощупал стены.
— Нет, — сказал он, — не видно никакого входа. А между тем я не сомневаюсь, что вход есть. Дик, я останусь с тобой. И если ты умрешь, я умру с тобою. Я могу помочь тебе, видишь, я украл кинжал! Я буду драться! А если ты отыщешь какую-нибудь лазейку, через которую можно уползти, или окно, через которое можно спуститься, я с радостью встречу любую опасность и убегу с тобой.
— Джон, — сказал Дик, — клянусь небом, Джон, ты самый лучший, самый верный и самый храбрый человек во всей Англии! Дай мне руку, Джон.
И он молча взял Мэтчема за руку.
— Если бы нам добраться до окошка, через которое спустили гонца! — сказал он. — Веревка, должно быть, еще там. Это все-таки надежда.
— Тес! — прошептал Мэтчем.
Они прислушались. Внизу под полом что-то скрипнуло, умолкло, потом скрипнуло опять.
— Кто-то ходит в комнате под нами, — прошептал Мэтчем.
— Под нами нет комнаты, — ответил Дик. — Мы находимся над часовней. Это мой убийца идет по тайному ходу. Пусть приходит! Я с ним расправлюсь!
И он заскрежетал зубами.