— А все ради мастера Шелтона, — сказал другой, кивнув в сторону юноши, сидевшего перед огнем.
— Я на многое согласен ради мастера Щелтона, — возразил первый. — Но попасть ради него на виселицу — нет, братья, я не желаю!
Дверь трактира распахнулась; какой-то человек вбежал в комнату и подошел к юноше, сидевшему перед огнем.
— Мастер Шелтон, — сказал он, — сэр Дэниэл вышел из дому с двумя факельщиками и четырьмя стрелками.
Дик (ибо то был наш юный друг) сразу вскочил.
— Лоулесс, — сказал он, — ты сменишь Джона Кэппера на наблюдательном посту. Гриншив, следуй за мной. Кэппер, веди нас. Мы не отстанем от сэра Дэниэла ни на шаг, хотя бы он шел до самого Йорка.
Через мгновение все пятеро были на темной улице. Кэппер — так звали новоприбывшего — показал им два факела, пылавшие вдали на ветру.
Город уже крепко спал; незаметно следовать за маленьким отрядом по пустым улицам было совсем нетрудно. Факельщики шагали впереди; за ними шел человек в длинном, развевавшемся на ветру плаще; позади шагали стрелки, держа луки наготове. По кривым, запутанным переулкам они быстро двигались к берегу.
— Он каждую ночь ходит в ту сторону? — шепотом спросил Дик.
— Третью ночь подряд, мастер Шелтон, — ответил Кэппер. — Всякий раз в одно и то же время; и всегда с очень маленькой свитой, словно хочет, чтобы об этом знало поменьше народу.