– Тогда нет никакой надежды ее спасти.
Винсент на минуту задумался. Двенадцать акварелей для дяди Кора почти готовы: это даст тридцать франков. Остальные двадцать он возьмет из денег, которые пришлет в апреле Тео.
– Я достану деньги, доктор, – сказал он.
– Вот и хорошо. Привезите ее в субботу утром, и я сам сделаю операцию. И еще одно: я не знаю, какие у вас отношения, и не хочу этого знать. Доктора в такие дела не вмешиваются. Но я считаю своим долгом предупредить вас, что, если эта крошка снова пойдет на улицу, она не протянет и шести месяцев.
– Она никогда не вернется к такой жизни, доктор. Даю вам слово.
– Прекрасно. Тогда до субботы.
Через несколько дней к Винсенту пришел Терстех.
– Я вижу, ты все корпишь, – сказал он.
– Да, работаю.
– Я получил те десять гульденов, которые ты послал по почте. Ты бы мог по крайней мере сам прийти ко мне и поблагодарить.