Винсент приехал сюда отдохнуть всего на две недели, но он любил Брабант и ему захотелось пожить тут подольше. Он собирался работать, спокойно и просто писать природу, писать не мудрствуя то, что видел. Ему хотелось теперь лишь одного – жить здесь, в самой глуши, и запечатлевать на полотнах деревенскую жизнь. Подобно доброму отцу Милле, он хотел быть среди крестьян, научиться понимать их, писать их портреты. Он был твердо убежден, что некоторые люди, попавшие в город и вынужденные жить там, сохраняют неувядаемые воспоминания о деревне и до конца своих дней тоскуют по полям и простым людям.
В нем издавна жило чувство, что когда—нибудь он вернется в Брабант и останется здесь навсегда. Но он не мог жить в Нюэнене против желания родителей.
– Лучше уж сразу за дверь, чем у порога торчать, – сказал он отцу. – Давай—ка попробуем объясниться.
– Винсент, я хочу этого всей душой. Я вижу, что из твоих занятий живописью в конце концов что—то получится, и это меня радует.
– Хорошо. Тогда скажи мне прямо, сможем мы ужиться в мире? Хотите ли вы, чтобы я остался?
– Да, хотим.
– И надолго?
– Живи у нас сколько угодно. Это твой дом. Твое место здесь, среди нас.
– А если мы поссоримся?
– Что ж, не станем принимать это близко к сердцу. Постараемся жить спокойно и приспособиться друг к другу.