Подошел полисмен и прикрикнул на старую итальянку, чтобы она убрала «этот хлам» с тротуара. Миссис Эстовиа взялась за колченогим стол и машинально потащила его назад в лавку.
— Эй, куда! — рявкнул полисмен. — Вы что ж, забыли, что вас отсюда только что вышвырнули?
Паула подошла к матери.
— Мама, я… я пойду, — тихо проговорила она, стараясь удержать слезы.
— Куда, Паула?
— Пойду к отцу Бонацио… спрошу, как нам быть…
— Да, ступай, Паула, и возвращайся… я буду… — Она запнулась.
У нее теперь не было своего постоянного места, где она могла бы ждать. — Я буду где-нибудь здесь, Паула. — Она оглянулась на темный переулок, где еще жило воспоминание о ее исчезнувшем доме. Потом она подошла к полисмену и начала:
— Это из-за вас все, мистер О’Шин… вы взяли у Джо деньги, которые я ему заплатила.
— Убирайте свой хлам! Освобождайте проход — не то я сейчас вызову мусорный фургон!