— Никакого, — спокойно отозвался мистер Кумата.
— А если коммунизм будет развиваться?
— Маньчжоу-Го — это Япония. Япония перенаселена, Германия и Италия тоже. В стране, где народ задыхается от тесноты, не может быть коммунизма. Экспансии больше способствует режим — как он у вас называется? — абсолютной монархии. Народ должен выбирать форму правления, жизненно необходимую для него. Демократия, личная свобода — все это роскошь, которую может позволить себе лишь народ с обширной территорией… А что вы хотели мне только что сказать?
Достопочтенный Генри Ли Каридиус вдруг понял, что мистер Кумата привел эту выдержку из своей личной «политической экономии», совсем не думая о том, что говорил. На самом деле его мысли были заняты тем, чего он, Каридиус, не сказал.
— Что же это я хотел вам сказать? — улыбаясь, переспросил он и стал припоминать ход разговора.
— Вы мне сказали, что я выступаю здесь в качестве покупателя.
— Я вам это сказал? Но это вы и без того знали!
— Да, конечно, Но когда вы сказали: «Значит, вы ездите к нам как покупатель», вы о чем-то вспомнили.
— А-а! — воскликнул Каридиус, внезапно вспомнив.
— Вот-вот!