Конни и Каридиус разразились хохотом. В это время в дверях конторы появился Эссери, и Каридиус пошел навстречу своему школьному товарищу. К своему удивлению, позади него конгрессмен увидел низкорослого, желтолицего человека, который показался ему знакомым.
Эссери представил всем своего спутника, но когда дело дошло до Каридиуса, японец поклонился и сказал:
— Я прилетел из Вашингтона с мистером Каридиусом.
— Совершенно верно, мистер Кумата, — припомнил Каридиус, протягивая руку. — Я рассказывал о вас мисс Стотт.
— Мне не хочется нарушать вашу беседу деловыми разговорами — обратился Эссери к Каридиусу, — но если мисс Стотт и мистер Кумата извинят вас, я хотел бы переговорить с тобой и мистером Мирбергом.
Японец поклонился и отошел с мисс Стотт к окну. Они стали глядеть вниз, на искрящийся бесчисленными огнями город.
Четверть часа спустя Мирберг открыл дверь своего кабинета и позвал Кумата. Японец церемонно раскланялся и присоединился к остальным мужчинам. Мисс Стотт крикнула, что сейчас уйдет, но Мирберг упросил ее заняться журналами и газетами, пока он не покончит с делами.
Когда японец вошел в кабинет, Мирберг закрыл дверь и сказал с сожалением в голосе:
— Должен сообщить вам, мистер Кумата, что мистер Эссери решил не продавать своего изобретения.
— Могу я спросить, что он намерен с ним делать? — Миндалевидные глаза японца обратились на Эссери.