При виде большого дога Каридиус понял, что мисс Литтенхэм в самолете, и невольно подумал, отсидела ли она положенный рабочий день в его канцелярии. Он взглянул на часы, чтобы установить разницу между тем временем, когда она должна была уйти с работы, и тем, когда она фактически ушла. Если она воображает, что только потому, что она дочь богача, она может халатно относиться к своим обязанностям и не считаться с рабочими часами, то…
Поднимаясь по приставной лестничке, входя в дверь из дюралюминия, он напряженно думал о том, как сказать своему секретарю вежливо, но внушительно, что он желает, чтобы она отсиживала, как полагается, свои рабочие часы.
Мисс Литтенхэм сидела в кресле возле иллюминатора и смотрела на людей, толпившихся внизу — служащих аэропорта и не успевших еще сесть пассажиров. Он остановился подле нее и дипломатически спросил:
— Вы каждый день возвращаетесь домой?
Она подняла на него глаза и слегка подвинулась в кресле, как бы приглашая его занять соседнее.
— Да, очень приятно лететь домой после работы… Вы заходили еще раз в канцелярию?
— Нет, не заходил. Мисс Литтенхэм, когда вы уходите из канцелярии…
— Значит, вы не подписали писем, которые я напечатала? — сказала девушка, озабоченно наморщив лоб. — А два из них непременно надо было отправить сегодня же.
— Ну, уйдут завтра, — ответил Каридиус.
Мисс Литтенхэм взглянула на свои часики-браслет.