Канарелли обернулся к мисс Стотт в безмолвном изумлении.
— Крауземан… прислал сюда… бабу?
Итальянка сверкнула черными глазами.
— Сегодня выборы… женщины имеют право голоса.
— Да… это мне известно, — отозвался рэкетир, внимательно вглядываясь в обеих девушек.
— Моя мать тоже имеет право голоса, — продолжала Паула.
— Послушай, Паула, уж не бегала ли ты к боссу жаловаться на меня?
— И я, и мама имеем право голоса, мы можем требовать, что нам угодно, за наши голоса, — резко ответила девушка. — Вам ведь можно договариваться с боссом?
— Да, но…
— Эта лэди заодно с человеком, за которого агитировала машина босса.