Это произвело сенсацию. Председатель постучал по столу, призывая к порядку. Каридиус продолжал:
— Мистер Крауземан, почему вам пришлось платить в три раза больше, чем Мирбергу?
— Дело вот в чем. Ваши речи о том, что компания заводов военного снаряжения продала военную тайну иностранной державе, сильно расшевелили публику, и они сами по себе собирались голосовать за вас. Кроме того, Мирберг выплатил им, сколько полагается, за то, чтобы они голосовали за вас. Они высчитали, что это составит двойную ставку, и я с ними согласился. Чтобы уравнять положение, мне пришлось заплатить двойную сумму, а потом я заплатил третью ставку, чтобы они голосовали за Лори.
Тут председатель постучал по столу и заявил, что эта часть показания мистера Крауземана несущественна и включению в стенограмму не подлежит.
— Однако позвольте, господин председатель, — взмолился Каридиус, — разрешите задать еще несколько вопросов. Я убежден, что вы признаете существенность данного показания.
— Пожалуйста, мистер Каридиус, продолжайте задавать вопросы, а мы затем решим, насколько существенно то, что вы стремитесь установить.
Каридиус, несколько подбодрившись, продолжал:
— Мистер Крауземан, избиратели, получившие с вас деньги, действительно голосовали за Лори?
— Да, голосовали.
— Откуда вы это знаете?