Его глазъ воспринималъ мягкія вибраціи, подобныя тѣмъ колебаніямъ, которыя вызываютъ въ барабанной перепонкѣ рядъ гармоническихъ тоновъ, и передаются нервной системѣ. Онѣ какъ будто исходили отъ тѣхъ бѣлыхъ струнъ, которыя натянуты во внутреннемъ ухѣ, потомъ отражались въ груди, какъ въ резонаторѣ, и опутывали всю душу. Всѣмъ его существомъ овладѣвало чувства общаго довольства при видѣ волнистыхъ линій женскихъ рукъ, вынимавшихъ всякія мелочи изъ чемодановъ и раскладывавшихъ ихъ по столамъ и стульямъ. Онъ слѣдилъ за незамѣтными движеніями бедеръ и плечъ. Когда дѣвушка проходила черезъ комнату, она не дѣлала ни одного рѣзкаго движенія: она плавно поворачивалась и нагибалась.
Онъ былъ такъ поглощенъ этимъ зрѣлищемъ, что не замѣтилъ, какъ наверху на чердакѣ раздался вдругъ шумъ, заскрипѣла лѣстница и открылась дверь. Онъ углубился въ созерцаніе молодой дѣвушки, внѣшность которой казалась ему прекрасной — за однимъ, впрочемъ, исключеніемъ, и Боргъ старался пріучить глазъ къ этому недостатку, чтобы его не замѣчать. Ея подбородокъ былъ немного великъ и нижняя челюсть черезчуръ развита для человѣка, который уже не бросается, какъ хищный звѣрь, на сырое мясо и не разрываетъ его на куски.
Глядя на нее въ профиль, онъ могъ представить себѣ ея лицо въ старости, когда выпадутъ зубы, губы ввалятся, образуя тупой уголъ, а носъ свѣсится надъ выдающимся впередъ подбородкомъ. Онъ отгонялъ отъ себя эти мысли о хищномъ животномъ и слѣдилъ взглядомъ за ея лицомъ, дополняя его своимъ воображеніемъ, и, всматриваясь, старался воспринимать его въ цѣломъ, не думая о частностяхъ.
Вдругъ онъ услышалъ внизу передъ домомъ шаги и голоса и увидѣлъ жену Эмана съ толпой женщинъ, которыя съ тріумфомъ, въ дикой радости тащили сушить отнятый инспекторомъ неводъ.
Это былъ ударъ его престижу; Боргъ надѣлъ шляпу, спустился внизъ къ надзирателю и обратился къ нему за содѣйствіемъ, какъ къ лицу, состоящему на государственной службѣ и обязанному оказывать ему помощь.
Надзиратель сидѣлъ у себя въ комнатѣ за кофе, какъ всегда обнявшись съ невѣсткой. Вестмана не было дома.
При видѣ инспектора онъ отодвинулся и изъ страха выдать себя обнаружилъ большую готовность служить, чѣмъ обыкновенно. Надѣвъ форменную фуражку, онъ вышелъ на дворъ. Желая разыграть справедливаго человѣка, онъ обрушился на толпу женщинъ и схватилъ сѣть.
— Эй вы, чертовки, развѣ не знаете, что можно угодить на каторгу за взломъ замка и казенной печати!
Женщины отвѣтили потоками ругательствъ по адресу инспектора и надзирателя. Плевать имъ на замокъ и казенную печать, — это онъ съ инспекторомъ каторжники!
Надзиратель пришелъ въ ярость и послалъ сторожа за полиціей.