Гимар пишет. Написал! Теперь я могу умереть?
Бискра. Да, умереть, как трус, бросивший своих товарищей-солдат! — Твои похороны будут роскошны, отпевать твой труп будут шакалы. Бьет на гитаре атаку, как на барабане. Слышишь, барабан зовет на приступ неверные, приносящие с собой Самум и солнце, выходят из засады. Ударяет по гитаре. Выстрелы по всей линии — французы не в состоянии заряжать — арабы отвечают рассыпным огнем — французы обращаются в бегство!
Гимар поднимается. Французы в бегство не обращаются!
Бискра вынимает флейту и насвистывает отступление. Французы бегут… слышишь — отступление!
Гимар. Они отступают… Да, это отступление! — А я здесь. Снимает с себя эполеты. Я умер. Падает на пол.
Бискра. Да, ты умер. — И ты не знаешь, что ты давно уже умер!
Идет к костям и берет череп.
Гимар. Я давно уже умер?
Ощупывает себе лицо.
Бискра. Давно! Очень давно! — Посмотри на себя в зеркало.