С другой стороны, в интересах союзников доказывать все больше и больше, что война, которую им навязали, является для них оборонительной, что они защищаются, что они защищают право и человечество. Это должно являться их целью войны, а все другие их цели были бы только ее логическими последствиями.
Как бы германский народ ни был проникнут доктринами исторического реализма и как бы германское правительство ни было враждебно политике, основанной на уважении к праву, наступит когда-нибудь день, когда восторжествует понимание своих сил, когда, с одной стороны, их просветление, становящееся все более и более очевидным, вскроет преступные деяния, являющиеся причиной войны. [98]
С другой стороны, постоянные неудачи этой надежды мирового господства заставят самих немцев искать виновного. Опасения за несправедливость его дела наступит, в конце концов, у германского народа.
Также важно доказать, как бесполезны старания неприятеля нарушить согласие между державами Антанты.
Неприятельская пресса не перестает давать своим читателям вымышленную картину несогласия между ее врагами. Ее рассказы о том, что Франция находится на пути к завоеванию ее английской армией, дополняются утверждением, что Америка намеревается осесть во Франции.
Всякая кампания в пользу заключения мира, предпринимавшаяся германским правительством в моменты затруднений на фронте свидетельствовала о наивной надежде его великолепно осведомленных деятелей на возможность нас поссорить.
Доказать, что фронт союзников является неразрывно стойким, что он распространится от военной области на экономическую, — вот каков должен быть ответ союзников.
Прежде всего, должно быть объявлено, что союзники победят, что они имеют на это силы. И не следует вступать в переговоры. Имеется всегда опасность, что враг присвоит какую-либо формулу союзников, после устранения из нее ее содержания. Запутанный и коварный германский, дух обладает величайшей способностью обращать чужие принципы в свою пользу. Возможно, что Германия еще раз попытается ввести народы в заблуждение, написав на своем знамени их лозунги, сохранив, однако, за собой возможность впоследствии дать этим лозунгам диаметрально противоположное толкование. Важнее всего — оградить общественное мнение в странах союзников от этих попыток, которые, несомненно, будут предприняты немцами. Освобождение народов, уверения в справедливости дела союзников, перечисление нарушений права, совершенных центральными державами, — вот основа союзной пропаганды.
Изложенное находится в полном согласии с общими политическими принципами и направлено к тому, чтобы обеспечить за всеми народами право на свободное развитие так же, как конституции союзных государств признают за всяким человеком равноправие. Таким путем победа союзников носила бы характер морального подъема, что, впрочем, всегда являлось характерной исторической чертой великих союзных наций. Однако, прежде чем мы добьемся этой победы, свободы и права, «давайте воевать», — говоря крепкими словами Клемансо».
Представитель Италии сеньор Боржезе сказал, что он, в общем, одобряет идеи и предложения лорда Нортклиффа.