Смеется над бедным челном,

И с криком пловец без надежд воротиться,

Жалеет о крае родном. [103]

1831 г.

Сашенька обратилась ко мне с этими словами:

— Согласитесь, Catherine, что Лермонтов не только поэт, но даже пророк.

— Я не понимаю тебя.

— Видишь, он говорит об умершей девице, а ведь ты для него точно умерла, никогда не говоришь о нем, я это ему напишу.

— Напиши и поклонись ему от меня; ты пошлешь ему в одно время и клевету и опровержение[104].

Нам пришли сказать, что экипажи готовы, и мы все вместе поехали в Нескучное.