Софью Михайловну завтра хоронят на Александро-Невском кладбище. Я был сегодня на панихиде. Вот так и меня станут готовить в землю. Также свечи будут гореть, также будут ждать конца панихиды, чтоб разойтись и обменяться несколькими незначащими словами, также буду я лежать, никому не нужный, даже земле! И все будет кончено.
* * *
В «России» сегодня прегнусная статья обо мне, с намеками, самыми облыжными, с воспоминанием о «мартовских днях», «когда доблестное и мужественное поведение его по университетскому вопросу нашло такую яркую оценку в поголовном негодовании русской интеллигенции». Или вот эти строки из той же статьи (№ 182): «Дубельт и Бенкендорф презирали Булгариных и Гречей, которые, по их приказу, душили всякую живую мысль на Руси, но не могли презирать, хотя, может быть, и ненавидели врагов своих, носителей этой мысли — Пушкиных, Лермонтовых, Белинских».
Если такая сволочь, как Дубельт и Бенкендорф, презирают кого нибудь, то это совсем не беда. Я думаю, что Греч и Булгарин и ненавидели их, и презирали. Это взаимное презрение ни мало не было никому вредно.
* * *
Сазонов приносил в «Новое Время» похвальные статьи Горемыкину и проч. и их ему возвращали, или помещали с вычеркиванием его сладко-глаголивых гимнов.
30 октября.
Был на обеде беллетристов. Сергеенко говорит, что, будто, Т. Л. Толстая выходит замуж за М. П. Сухотина. Человека лет под 50 и с 7 человеками детей. Старшая дочь его — невеста. О Чехове, — что он опять стал кашлять кровью. Вопрос об его женитьбе на Книппер не решен еще. Говорили, что Л. Н. Толстой что-то готовит в «Новое Время». Ему понравилось какое-то мое «Маленькое письмо».
15 ноября.
Вчера дебютировала в «Грозе» Гуриелли (княгиня Бебутова), Горемыкин, бывший министр, говорил А. П. Колышко, что она жила с покойным наследником. Сегодня «Вокруг пылающей Москвы». Все министры в театре. Съезд великолепный.