— Смотри-ка, о. Сергий, — сказал о. Исаакий, — лук-то у него лучше нашего. У нас градом побило, а у него ничего.
Нашли несколько спелых ягод клубники и смородины. Келья была отперта. На террасе висел старый изорванный подрясник.
— Ну, вы отдыхайте здесь, — проговорил о. Иван, — а я поскорей пойду.
Но и мы долго отдыхать не стали. Над горами потянулись редкие, точно синеватый дым, облака. О. Сергий уже несколько раз с тревогой посматривал на небо! и теперь торопил: как бы погода не испортилась, а то и поснимать не удастся.
Ближе к вершине лес почти исключительно хвойный. Каждый поворот открывает неожиданный вид, то на одну, то на другую сторону хребта. Слева горы сравнительно невысокие, возвышаются мягкими холмами, сплошь покрытыми лесом. Справа видна дальняя снежная цепь.
Мы всходим на небольшую, совершенно ровную площадку, заросшую невысоким ельником. Здесь устроена скамеечка. О. Сергий и о. Исаакий видят ее в первый раз.
— Должно быть, о. Семен сделал, — улыбается о. Сергий, — он все тут за грибами ходит.
До вершины теперь недалеко. Мы делаем последнее усилие и без передышки входим на самую вершину.
XVII. НА ГОРНОМ ХРЕБТЕ
