Мы идем с о. Иваном молча. Я вижу, что он спокоен; но сам не могу отделаться от своеобразного жуткого чувства. О. Иван, видимо, понимает мое состояние. Он идет впереди очень скоро. Нарочно выбирает дорогу, хотя и по грязи, но ближе к скалам. Когда слышно, как осыпаются камни, он подымает голову и идет еще скорее. Я едва поспеваю за ним. Но вот дорога делает поворот, и мы выходим на безопасное место.
Останавливаемся и смотрим назад. На солнце страшная стена камней блестит, как белые зубы, и, несмотря на красоту места, неприятно смотреть на нее.
— Здесь прибежище орлов, — говорит о. Иван, — никто их достать не может.
Всматриваемся: действительно, над самыми высокими уступами медленно кружатся два орла.
— Я всегда вижу их здесь, должно быть, спокон веку живут.
— Пойдемте, о. Иван.
— Пойдемте…
Поворачиваемся, чтобы идти. Картина меняется: вместо страшной скалы перед нами впереди низенький духан.
Это первый наш привал.