— Не знаю, — тихо отвечаю я, немного смущенный.
— Службой ты доволен?
— Нет, — отвечаю я искренно и просто.
— Да, жить у Бершадских — не рай. Я их знаю. Сколько они тебе платят?
— Ничего.
— Как ничего?! Они обязаны тебе жалованье платить.
— Они меня кормят, одевают…
— Подумаешь, какое благодеяние!.. Но ты должен иметь и свою копейку…
Из предосторожности заглядываю в лавку. Там продолжается буря, и хозяевам не до меня. Тогда я уже смелее начинаю разговаривать с Зайдеманом. В немногих словах сообщаю ему о бегстве Сони, чем привожу его в крайнее изумление, a noтoM жалуюсь на собственную судьбу, говорю о том, как тяжело мне жить у Бершадских, и рассказываю об обидах, наносимых мне этими злыми и грубыми людьми.
— Вот что, — перебивает меня Зайдеман. — Ты знаешь дом Черепенникова?