Соня пожимает руку и шепчет:
— Бедный, бедный…
— Да, тяжелую жизнь вы прошли, но все же не понимаю… зачем было креститься…
— Мама, ведь он же не виноват, — откликается Соня. — Какие силы могли быть у мальчика!..
Наступает молчание. В глубине моего сознания появляется легкая тревога: жалею, зачем рассказал о моем крещении.
Уже поздно. В лампе догорает керосин. Желаю покойной ночи и ухожу «к себе» в коридорчик. Здесь я сплю на голой скамье, подложив под голову свою сумку. Сплю на этой скамье в продолжение трех недель. Счастлив от сознания, что живу под одной крышей с Соней.
Меня будит почтальон. Подает повестку на имя Рахили Мироновны. Из Бухары прислано сто рублей. Стучусь в комнату.
— Войдите, можно… — слышу голос старухи.
В маленькую комнату, где так прочно свила гнездо нужда, вдруг со смехом и шумом врывается радость.
— Соня, ну, что ты скажешь?.. Есть бог на свете?.. А?..