Напрягаю память, зрение, складываю сначала про себя, а потом уже довольно четко произношу:
— Драматический театр, Гарин, «Король Лир», «Разбойники». Какие разбойники? — с непритворным удивлением спрашиваю я.
— Обыкновенные… Ну, как бы настоящие… Актерские… завтра я их увижу: с сестрой Эсфирью пойдем в театр… Билет стоит тридцать копеек. Вчера Яков ходил с Гришей… «Отелло» видели, а завтра мы увидим «Разбойников»… Неужели ты не видел?
Я не понимаю, но заинтересованно допытываюсь:
— И ты не боишься?
— Кого?
— Разбойников?
— Чудак… Ведь это же на сцене!.. Не понимаешь?..
— А что такое Гарин? — продолжаю допытываться.
— Гарин — великий актер… Мой брат Гриша говорит, что Гарин — самый великий на свете… Он так представляет, что взрослые плачут. Ну, я озяб… Побегу домой… А ты молодец, что читать научился. До свидания!