Редактор умолкает, низко опустив голову. Проходит минута, и старик снова загорается. Он стучит кулаком по столу и кричит на всю редакцию:
— Но то, что вы, молодой человек, сделали, хуже, во сто крат хуже всяких Мухобоев и Меланхоликов!..
Перед моими глазами сверкают зеркальные стекла витрин и зеленые обложки «Погибших людей».
Не выдерживаю последнего выпада редактора. Направляюсь к двери и возвышаю голос до предела:
— Вы меня отравили ядом уличной газеты!.. Ваша вина!..
Хлопаю дверью и скатываюсь с лестницы, оставляя «Листок» навсегда.
13. На рабочей окраине
В связи с «Погибшими людьми» обо мне пишут: «Молодой, подающий надежды»… Если так, то я обязан эти надежды оправдать и осуществить их не газетными очерками, а большим художественным произведением.
И поэтому я ничего не делаю.
В моем воображении вспыхивают всевозможные сюжеты. Мои герои и героини истекают кровью, пляшут от счастья, дрожат от ненависти, умирают от любви, совершают подвиги, блещут красотой и пугают своим уродством. В моем сознании растут и зреют интереснейшие романы и повести. Почему повести? Сам не знаю, какая разница между романом и повестью.