— Вон там. Вставай, я покажу, — прошептал любитель сыра, дрожа от нетерпения и страха.
Левушка быстро вскочил с места, подошел к окну и убедился, что сыр действительно лежит на полке.
— Вот что, — обратился он к Хаимке, — я встану вот здесь, согнусь немного, а ты полезай на меня. Потом как заберешься наверх и достанешь полку, тогда и тащи сыр. Два куска довольно будет. Только осторожно подавай мне: куски тяжелые… Ну, все понял?
— Понять-то понял я, а почему ты два куска велишь брать? — тихо прошептал Хаимка.
— А тебе сколько нужно?
— Нам столько нужно, сколько у нас ртов. Нас три рта — значит, три куска надо.
— Ладно, бери три… Только смотри не шуми. Ну, полезай.
Левушка подставил спину, а Хаимка, затаив дыхание полез на него. Через минуту в оконном просвете ясно обрисовалась фигура Хаимки, сидящего верхом на подоконнике.
Солнце еще не взошло, но голубые предрассветные сумерки становились прозрачней и светлей. Просыпались птички и одна за другой вылетали из невидимых гнезд. Послышалось щебетанье и чириканье. А над влажной землей редел белесоватый туман.
Хаимка уже третий кусок сыра подавал Левушке.