— Мама, мамочка!.. — жалобно всхлипывает Дуня. Но, испугавшись собственного голоса, быстро утихает.
Она одна… Кругом ни души, ни звука. Только ветер уныло поет свою нескончаемую песню и время от времени, точно разозлившись, хлопает наружными дверьми полуразвалившейся избушки.
Впрочем, не всегда Дуня одна: бывают дни, когда Андрей-воин шагу из дома не делает. Тогда Дуне еще хуже приходится: добрый и мягкосердечный в трезвые минуты, Андрей-воин, напившись, становится зверем. Не понимая сам, что делает, старик заставлял Дуню выделывать всевозможные артикулы. Девочка должна на все вопросы отвечать бойко, кратко и ясно.
— Артикул!.. — крикнет Андрей-воин, и Дуня, зная уже, что это значит, со всех ног кидалась за печку, откуда в ту же минуту возвращалась с большой палкой в руке.
— Смирно!.. — раздавалась хриплая команда пьяного инвалида. — Глаза направо!.. Во фрунт!..
И девочка, замирая от страха, поворачивалась во все стороны, согласно команде.
Вот в такую-то именно минуту, когда Андрей-воин был дома и муштровал племянницу, явился Рыжик. Мальчик еще из окна увидел, что делается в хате старика, и решил избавить Дуню от мучений. Из всех уличных мальчишек он один только не боялся Андрея, из-под единственной руки которого он умел во всякое время увернуться.
Завидя Рыжика, отставной солдат поднялся с лавки, приосанился и крикнул:
— Артикул!
— Здравия желаю, дяденька! — крикнул, в свою очередь, Санька, зная, что Андрей любит подобного рода приветствия.