И в белоперистости вешних пург
Создание революционной воли --
Прекрасно-страшный Петербург!
Думала ли Кассандра о своих пророчествах, когда детище Петрово "Аврора" входила в Неву?
Но главное ядро ее поэзии -- не это великолепное красноречие, а цикл стихов, единственных в русской литературе, в которых глубочайшие абстрактные переживания воплощены в образы изумительно-жуткой конкретности. Лучшие из них на свидригайловскую тему, о вечности -- русской бане с пауками по углам, на тему о метафизической скуке, о метафизической пошлости, о безнадежном отсутствии огня и любви, о метафизической "липкости" своей же души. Воплощающие мучительный внутренний опыт (опыт, родственный гоголевскому, в такой же мере, как и подпольно-свидригайловско-бобковому опыту Достоевского), эти стихи исключительно оригинальны, и я не знаю ни на каком языке ничего на них похожего. Это "Там", "Между", "Нелюбовь", "Мудрость", "Черный Серп", " Дьяволенок ", "А потом?", "Возня", "Серое Платьице", "Она", может, самое острое и едкое изо всех:
В своей бессовестной и жалкой низости,
Она как пыль сера, как прах земной.
И умираю я от этой близости,
От неразрывности ее со мной.
Она шершавая, она колючая,