вода камень умягчаетъ,
шумъ всюду слышимъ бываетъ;
Древеса и всѣ цвѣты въ сожалѣни зрятся,
одна толко ЖЕСТОКОСТЬ ничемъ можетъ смяться.
Сеи источникъ окруженъ лѣсомъ пребезмѣрно дремучимъ и темнымъ; на всѣхъ коркахъ древесъ оныхъ вырѣзаны плачевныя гісторіи многихъ любовниковъ, и по всему тому лѣсу слышятся вездѣ крикъ, пени и укоры. Эхо неповторяетъ тамъ какъ слова печалныя и весма рыдателныя. Наконецъ, все дышетъ смертью въ семъ печалномъ мѣстѣ. Тамъ то и я отчаявшися выручить изъ рукъ ЖЕСТОКОСТИ мою АМИНТУ, въ горкомъ рыданіи вопілъ слѣдующее:
Увы, АМИНТА жестока!
Немогуль я при смерти васъ моей смягчити?
сеи лѣсъ, и все неможетъ безъ жалости быти.
Ахъ, АМИНТА, жеще рока!
Сеи камень, ежели бы имѣлъ столко мочи,