Мою за отчаянье малу скорбь имѣла.
Но сего всего недоволно съ меня было: Понеже я за хотѣлъ вестъ ея въ замокъ ПРЯМЫЯ РОСКОШИ, которои нечто иное, какъ прохладной загородной домъ. Въ которомъ КПИДОНЪ покоится съ своей любезной называемой ПСИШЕ.
Тогда я брался нечювствительно съ моей АМИНТОИ къ той сторонѣ, когда намъ попалась на дорогѣ одна наидокучливѣишая женщина, которая есть.
Роскоши всякой недругъ превеликой,
ненавистница любви хоть коликой,
Мучителница страстей, и всей ласки,
такъ что ссѣкла бы все тое на часки.
Много за нею слѣдуетъ народу,
которой ея любя всю науку
Обѣщаетъ намъ вѣчную всѣмъ муку