— Хоть бы не все сразу. Откуда ж я столько возьму? — и он беспомощно раздвинул руками.
— Завтра к полудню должно быть готово все и сполна, — отчеканила Вальц.
— Иван Петрович! — вскудахнула старуха, — возьми ты уж, видно, мои все браслеты и кольца, и медальоны и цепочку с часами свои. Сын, чай, дороже, — и снова она затряслась в судорожном, ноющем плаче.
— Не хватит, старуха! — прошамкал наморщившийся мыслями Чоткин. — Разве попытаться занять у знакомых?.. Как же просить? не дадут! — ради бога скостите!
— Я уж сказала, что здесь не торговля.
— Кому же платить? А вдруг как надуют?!
— Не беспокойтесь, можно устроить, я берусь это сделать, чтоб дело было для вас верно.
«Как же, однако, устроить? — подумала Вальц про себя. — Как это раньше она не смекнула про это?»
— Вы приготовите золото, — тянула она, — завтра к полудню, а мы к тому времени выпустим Петра Ивановича, вот и будет всем хорошо.
— Значит, как выйдет, так и платить? — заганул Чоткин.