Пройдя шагов пять, он обернулся и крикнул еще раз:
— Смотри же, Сулейман, не надуй Мустафу!
Прошло три дня. Помня о приключении, султан через своего посыльного призвал Мустафу к себе во дворец.
— Ну, Бекир, раскошеливайся. Покупка ждет тебя.
Мустафа, из памяти которого уже вылетел его поступок, сделанный в пьяном виде, вытаращил глаза и смотрел на властителя, ничего не понимая.
— О чем ты спрашиваешь, повелитель? — удивился он. — О какой покупке идет речь?
— Как ты смеешь насмехаться над великим падишахом! — закричал в гневе султан. — Не ты ли сторговал у меня на прошлом селямлыке моего жеребца, обещая уплатить за него пятьсот червонцев? Я сейчас же велю посадить тебя на кол, дерзкий обманщик, если ты не отдашь мне немедленно деньги.
Бекир, отдавший султану в виде задатка свой единственный и последний пиастр, увидел, что попал в такое положение, от которого уже действительно недалеко до того, чтобы воссесть на кол. Почуяв, что времени терять нельзя и нужно выпутываться из беды, он приложил руку к сердцу и сказал:
— О, властитель над трезвыми и пьяными! Причем же тут бедный Бекир? Ведь твоего скакуна, да продлит Аллах его дни, покупал вовсе не я, а та чудодейственная вода, которую шариат велит называть вином.
Такой неслыханной дерзости султан уже не мог вытерпеть. Он вызвал стражу, чтобы расправиться с дерзким нечестивцем. Но не унывающий Мустафа остановил султана и воскликнул: