— А, так ты хочешь узнать меня поближе! Ну так следуй же, окаянный ворюга, за мной к кадию!
Видя, что ему все равно не отвязаться от дерзкого пройдохи, чужестранец решил, что нет ничего лучше, как предстать перед судьёю, а потому без сопротивления последовал за Меметом. А Амет шел возле и с любопытством смотрел, что будет дальше. Так пришли они к кадию, и Мемет, ругаясь и призывая в свидетели Аллаха, заявил, что он обкраден и требует обратно свой кисет. А чужестранец, в свою очередь, кричал, что кисет принадлежит ему и что он может доказать это чем угодно.
— Ну, если ты уверяешь, что кисет твой, то скажи мне, сколько червонцев находится в нем? — сказал кадий, обращаясь к чужестранцу.
— Ровно тысяча, — воскликнул чужеземец. — И я откажусь от этих денег, если там будет хоть на один пиастр меньше!
— Ну, а ты, — спросил кадий у Мемета, — сколько ты считаешь, в этом кисете червонцев?
— Клянусь бородой пророка! — воскликнул карманщик. — Если вор этот не успел еще что-нибудь вытащить из кошелька, то в нем должно находиться девятьсот девяносто один червонец и кольцо с моей печатью!
— Высыпай червонцы! — сказал кадий чужестранцу.
Чужестранец вынул из-за пазухи кисет и высыпал его содержимое на стол. Каково же было его изумление, когда, пересчитав золотые, он нашел там девятьсот девяносто один червонец и серебряное кольцо с именем Мемета.
Кадий, согласно закону, тотчас же передал червонцы и кольцо Мемету, а дерзкому чужестранцу приказал всыпать пятьдесят палочных ударов.
Выполнив так искусно свою задачу, Мемет, в сопровождении Амета вернулся домой и рассказал жене обо всем, что с ним случилось.